Отказ от цифровых чиновников в Казахстане
В Казахстане не планируется введение цифровых вице-министров. Об этом сообщил первый вице-министр искусственного интеллекта и цифрового развития Ростислав Коняшкин. Он отметил, что основная причина заключается в ответственности, которую несут политические должностные лица за свои решения, в отличие от "электронных" чиновников, с которых нельзя спросить.
"Мы, как политические должностные лица, несём определённый уровень ответственности за принятие своих решений. Поэтому появление цифровых вице-министров сейчас не предполагается", – пояснил Коняшкин.
Коняшкин также подчеркнул, что государство поддерживает использование искусственного интеллекта в качестве консультирующего и вспомогательного инструмента при принятии решений. Он добавил, что важным аспектом является подход к обучению таких моделей. Эффективность ИИ значительно возрастает, когда модель взаимодействует с человеком и получает обратную связь о правильных и неправильных ответах.
"Когда ИИ-модель отвечает корректно в 95–97 процентах случаев, тогда, возможно, уже можно поднимать вопрос о передаче ей части функций по принятию решений. На данный момент такого уровня у нас нет", – сказал он.
Первый вице-министр отметил, что искусственный интеллект в госуправлении рассматривается прежде всего как инструмент помощи, а не замены человека.
"Я надеюсь, что в будущем мы сможем обучить персональных AI-помощников до такого уровня, чтобы они действительно существенно облегчали нашу с вами жизнь", – резюмировал он.
Контекст
В сентябре 2025 года в парламенте Албании была представлена модель министра, созданная с помощью искусственного интеллекта. Премьер-министр страны Эди Рама представил её, однако появление ИИ-министра вызвало бурную реакцию среди депутатов оппозиции, что привело к конфликту в зале заседаний.
Парламентская сессия, на которой обсуждалась программа правительства и голосование о доверии новому кабинету, продлилась всего 24 минуты. После голосования спикер закрыл заседание, однако депутаты начали протестовать, что привело к беспорядкам в зале.
Несмотря на присутствие иностранных послов, которые следили за дебатами, напряжение не утихло, и конфликт продолжился даже после перерыва.