В авторской колонке политолога и историка Султана Акимбекова рассматривается противостояние между Америкой и Европой в контексте обсуждения принадлежности Гренландии.
17 января Дональд Трамп заявил о намерении ввести пошлины в связи с дискуссиями о Гренландии. Он также упомянул, что согласовал с премьер-министром Нидерландов Марком Рютте некоторые аспекты будущей сделки, касающейся Гренландии и системы противоракетной обороны, известной как "Золотой купол".
Ключевым моментом в этом заявлении стало то, что дальнейшие переговоры будут вести вице-президент Джей Ди Вэнс, госсекретарь Марк Рубио и спецпосланник Стив Уиткофф.
Скриншот поста Дональда Трампа в соцсети Truth Social
Несмотря на отсутствие институционального решения, европейцам удалось перевести обсуждение судьбы Гренландии на уровень бюрократии, что является значительным прогрессом, учитывая накал спора.
Скорее всего, в этом сыграли роль не только действия Рютте, но и осознание американскими чиновниками, что агрессивная позиция Трампа может ухудшить отношения с ключевыми союзниками и затронуть американские интересы. Торговая война между США и ЕС несет большие риски для американской экономики.
В ответ на заявление Трампа о пошлинах в ЕС были активированы ответные меры, включая восстановление пошлин на американские товары на сумму 93 миллиарда евро, которые были приостановлены после заключения торговой сделки с США.
Европарламент также приостановил ратификацию этой торговой сделки, которая предусматривала снижение пошлин на европейский экспорт в США с 30% до 15% в обмен на инвестиции и закупку энергоносителей на сумму 700 миллиардов долларов.
Кроме того, обсуждается возможность применения механизма защиты ЕС, разработанного в 2023 году, который включает:
- ограничение доступа американских компаний на европейский рынок,
- аннулирование прав на интеллектуальную собственность,
- закрытие доступа к государственным контрактам,
- отказ от цифровых продуктов из США для обеспечения информационной безопасности.
Эти меры могут затронуть такие компании, как Microsoft и Google.
В прессе также обсуждается возможность распродажи американских государственных облигаций европейскими пенсионными фондами, что уже произошло в Дании на сумму 100 миллионов долларов. Министр финансов США Скотт Бессент назвал эту сумму несущественной, но это может создать сложности для Вашингтона, учитывая, что европейские страны владеют облигациями на сумму 8 триллионов долларов.
Бессент попытался успокоить ситуацию, призвав не преувеличивать значение отдельных политических дискуссий и подтвердив, что США остаются частью евроатлантической системы безопасности и продолжают сотрудничество с партнерами по прекращению войны в Украине.
"Успокойте истерию и сделайте глубокий вдох — всё уже проходили раньше, и в конце концов всё складывается".
Таким образом, он фактически дезавуировал слова Трампа, призывая европейцев не обращать внимания на произошедшее. Это свидетельствует о возможных рисках для США от реакции ЕС на действия Трампа.
Ситуация на рынках, которые отреагировали падением и ростом цен на золото, также подчеркивает сложность положения. Оба правительства, американское и европейское, зависят от возможности заимствования для финансирования своих расходов, что требует не только репутации, но и наличия средств на рынке.
Если между США и ЕС начнется полномасштабная торговая война, это негативно скажется на обеих сторонах, особенно на крупном бизнесе США.
Представители бизнеса, возможно, донесли эту мысль до Трампа, что могло привести к его временной отступке.
Многие европейские лидеры отказались от приглашения Трампа присоединиться к созданному им Совету мира по Газе, что также подчеркивает изменение в подходах.
Таким образом, мы стали свидетелями короткой, но значимой битвы между США и ЕС из-за Гренландии, в которой у Вашингтона нет явного преимущества. Европа продемонстрировала свои изменившиеся возможности и готовность к организованному сопротивлению.
Мнение редакции может не совпадать с мнением автора