На заседании Комиссии по Конституционной реформе профессор Виктор Малиновский представил свою позицию относительно статьи 14 проекта новой Конституции, которая касается правового положения личности. Он отметил, что права и свободы человека должны определять суть, содержание и применение действующего права Республики Казахстан.
В рамках обсуждения пункта 2 статьи 14, Малиновский подчеркнул, что права и свободы, провозглашенные Конституцией, должны быть основным критерием, на который опираются законы и правовые акты, принимаемые органами власти. Употребление понятия "действующее право" в более широком контексте является юридически обоснованным, так как оно включает не только законы, но и другие источники права, что обязывает государство устранять правовые пробелы и расширять гарантии защиты прав личности.
Гражданство и права
В своем выступлении профессор также акцентировал внимание на пункте 3 статьи 14, подчеркивая, что права и обязанности гражданина Республики Казахстан должны вытекает из его гражданства. Это уточнение позволяет четко различать права человека и права гражданина, что является общепризнанным подходом в конституционном праве.
Малиновский отметил, что права человека являются абсолютными и универсальными, принадлежат каждому от рождения и не зависят от гражданства. В то же время, гражданские права выражают особый правовой статус лица как члена политического сообщества и подразумевают выполнение специальных обязанностей, таких как защита страны и охрана природных ресурсов.
Международные договоры в праве Казахстана
Обсуждая пункт 5 статьи 14, профессор обратил внимание на то, что он указывает на пределы осуществления прав и свобод личности. Особое внимание было уделено международным договорам, которые, согласно проекту Конституции, сохраняют статус части действующего права Казахстана и должны применяться в национальной правовой системе.
Малиновский подчеркнул, что исключение положения о приоритете международных договоров над законами не угрожает ранее ратифицированным документам в области прав человека. Ключевым аспектом является не формальный приоритет, а фактическое соблюдение международных обязательств в правоприменительной практике, что проект новой Конституции не исключает.