Что чувствует донор?
История Юрия Алёшкина, 28-летнего пилота сельскохозяйственной авиации из Алматы, началась 17 октября 2022 года. Он проходил практику в учебно-тренировочном центре "Балапан" под Карагандой.
"В очередной раз мы с инструктором взлетаем — и вдруг начинает настойчиво звонить телефон, — вспоминает Юрий. — Приземлились. Я взял телефон и увидел в WhatsApp сообщение от руководителя регистра доноров костного мозга: 'Юрий, есть совпадение. Вы можете помочь подростку 2006 года рождения'."
Юрий Алёшкин во время процедуры забора клеток костного мозга. Фото из архива героя материала.
Юрий делится своими эмоциями в тот момент:
— Какие эмоции человек испытывает в этот момент?— На тебя сваливается всё и сразу: страх, радость, решимость и сомнения. Это как прыжок в неизвестность. Ты ведь не знаешь, что тебе предстоит. Сейчас проще пережитое описывать. Я прошёл через процедуру донации клеток костного мозга и понимаю: в принципе, ничего страшного в ней нет.
— А тогда переживали?— Я знал о донорстве, читал статьи на эту тему, но всё равно разные мысли в голову лезли. Не стану скрывать: ты и за себя боишься, и за человека, жизнь которого можешь спасти. Вдруг что-то пойдёт не так?
Похожие чувства испытывал Азамат Жаримбетов, четырнадцатый неродственный донор костного мозга в Казахстане и первый донор из Семея. Он знал только, что сдаёт клетки для маленького мальчика из Алматы.
Азамата Жаримбетова поздравляют с Днем доноров костного мозга. Фото из архива героя материала.
"Подумал: мне уже 40 лет, я что-то в этой жизни видел, а здесь ребёнок совсем маленький — жалко. С женой посоветовался. Она сказала: 'Помоги'. И родители моё решение поддержали", — вспоминает Азамат.
Почему люди решают стать донорами?
Юрий Алёшкин попал в регистр неслучайно. Он ждал, пока ему исполнится 18 лет, чтобы пойти в центр крови. Его мама — донор, пример для сына. За десять лет она 40 раз сдавала кровь, плазму, тромбоциты, а в 2021 году Юрий вступил в регистр доноров костного мозга.
Азамат, наоборот, почти ничего не слышал о донорстве. Всё сложилось будто само собой. Фонд имени Асель Байсеитовой объявил о поиске донора для маленькой девочки, которая боролась с лейкозом. Девочка оказалась родственницей друга Азамата. Он попросил сдать кровь: вдруг повезёт? Это произошло в апреле 2023 года. Азамат не смог помочь девочке, но через несколько месяцев ему позвонили и рассказали историю мальчика, жизнь которого он спас.
— А вы знаете, кто меня вдохновил? — уже мне задает вопрос Азамат. — Криштиану Роналду!Как-то он наткнулся на статью о том, что у звёздного форварда нет ни одной татуировки по особой причине. Оказалось, португалец периодически сдаёт кровь и состоит в регистре доноров костного мозга.
"Говорят, поэтому Криштиану их и не делает. В любой момент могут позвонить и сказать, что нашёлся пациент, которому нужны твои клетки. Роналду ждет, а мне такой шанс выпал", — улыбается мужчина.
Кто может стать донором?
Доноры сдают гемопоэтические клетки костного мозга для людей, которые лечатся от различных видов рака крови. В первую очередь их ищут среди родственников больных, но не всегда успешно. Тогда единственный шанс на спасение человека — неродственные доноры, такие как Азамат и Юрий. Их данные хранятся в национальных регистрах доноров по всему миру, включая Казахстан.
Потенциальным донором может стать любой здоровый человек от 18 до 45 лет, который весит более 50 килограммов. Основные медицинские противопоказания:
- онкология
- туберкулез
- перенесённый инфаркт
- аутоиммунные заболевания
Что нужно сделать для того, чтобы стать донором?
- Прийти в центр крови в своём регионе.
- Заполнить анкету и подписать согласие на вступление в регистр.
- Предоставить копию удостоверения личности.
- Сдать 9 миллилитров крови.
Кровь отправляют в Астану, в Научно-производственный центр трансфузиологии, на базе которого работает Национальный регистр доноров костного мозга. В центре кровь подробно описывают, на медицинском языке это называется "расшифровать фенотип". У каждого человека он уникальный, почти как отпечатки пальцев. Именно фенотип должен совпасть у донора костного мозга и реципиента.
Юрий Алёшкин и врачи Республиканского центра крови в Алматы. Фото предоставлено фондом имени Асель Байсеитовой.
Вероятность попадания при неродственной пересадке составляет 1:10 000. Найти донора в регистре удается далеко не всегда, особенно если регистр небольшой, как казахстанский. Поэтому важно, чтобы доноров становилось больше. Донор может отказаться от процедуры забора клеток в любой момент, и подобное случается.
"В среднем от 5-10 процентов потенциальных доноров по разным причинам не подходят или отказываются от процедуры забора клеток, — говорит руководитель Национального регистра доноров костного мозга Ажар Шакенова. — И это нормально".
Некоторые люди вступают в регистр на волне эмоций. Часто бывает так, что после лекции о донорстве человек сдает кровь, не осознавая до конца, насколько это ответственный шаг. Когда ему звонят, он начинает сомневаться. Ещё одна причина — менталитет. Старшие родственники отговаривают от процедуры. Ажар вспоминает случай, когда донор очень хотел сдать клетки, но его мама была против — и он в итоге отказался.
Важно не делать этого в последний момент, так как донор и пациент готовятся к пересадке параллельно. У больного "убивают" его родные клетки костного мозга, и тогда обратной дороги у человека нет.
Чего боятся доноры?
"Не больно?", "не опасно для здоровья?", "сколько заплатили?" — обычно эти вопросы задают, когда узнают, что Юрий и Азамат — доноры костного мозга. Начнём с последнего: нисколько не заплатили. Донорство — акт доброй воли. Донору покрывают расходы на обследование, покупают билет до Астаны и обратно, а также пребывание в больнице. Но вознаграждения он не получает.
Теперь про здоровье. Это самый большой страх. Юрий вспоминает, как мама уговаривала: "Ой, сынок, ты что? Я против — подумай о своем здоровье!" Но он уже принял решение и дал согласие. И тихонько скидывал родственникам статьи на тему, чтобы успокоить близких.
"Я, как пилот, каждый год прохожу медкомиссию и могу однозначно сказать: решение о донорстве на моём здоровье не отразилось. Дают допуск к полётам, значит, всё хорошо, — говорит Юрий. — И после процедуры я чувствовал себя точно так же, как до неё".
Что ощущает человек в момент забора клеток костного мозга? Процедура донации гемопоэтических стволовых клеток внешне напоминает обычную сдачу крови. Донор сидит в кресле, в венах — катетеры. Раньше под наркозом клетки извлекали из костной ткани, сейчас так уже не делают.
Азамат Жаримбетов во время процедуры сдачи клеток костного мозга. Фото из архива героя материала.
Длится процедура пять-семь часов. Подготовка к ней — пять-семь дней. Все это время донор лежит в больнице и принимает специальные препараты, которые провоцируют выработку клеток в спинном мозге. Врачи предупреждают о возможных побочных эффектах: боль, ломота в костях, тошнота, повышенная температура. Состояние, похожее на гриппозное.
"Первую пару ночей чувствовал себя неважно. На третий день всё прошло само собой, наверное, организм адаптировался, — делится ощущениями Юрий. — Боль можно перетерпеть, когда ты понимаешь, ради чего, а точнее кого, ты всё это делаешь".
Юрий говорит, что тяжелее было не физически — психологически. Азамат с ним согласен. Мужчины лежали в клинике вместе с пациентами, которые лечатся от рака крови. Юрий видел детей, Азамат — взрослых.
"Мы общались, — вспоминает Азамат. — Несколько ребят ко мне заходили. Рассказывали, что не могут найти доноров. Благодарили, потому что знали, почему я лежу в больнице. Я смотрел на этих людей и убеждался, что поступаю правильно…"
Встречаются ли доноры и пациенты?
По правилам, донор и реципиент могут встретиться не раньше чем через три года после пересадки костного мозга и только по взаимному согласию. Юрий сдал донором почти три года назад и хочет увидеть человека, которому помог.
"Это уже не подросток — парень или девушка 19 лет. Интересно посмотреть. Убедиться, что с ним или с ней всё хорошо. Что всё было не зря", — говорит Юрий.
Азамат тоже с радостью обнял бы мальчика, которого спас. Однако в Казахстане не было ни одной встречи донора и реципиента. Хотя врачи пытались их устроить, это не удалось: отказываются иногда доноры, а чаще — пациенты.
Ажар Шакенова понимает, почему так происходит. Почти все пациенты, которым нашли доноров благодаря регистру, — дети или подростки. Дети выздоравливают, вырастают и хотят забыть месяцы лечения как страшный сон. Но бывает и наоборот.
"У нас был донор, который сдавал клетки для взрослого мужчины, — рассказывает Ажар. — Пациент выздоровел и согласился встретиться. Но сам донор отказался. Сказал, не хочет, чтобы кто-то чувствовал себя обязанным. 'Я знаю, что в душе этот человек мне благодарен — мне этого достаточно'".
— Если отмотать назад, вы бы согласились стать донором? — этот вопрос я задаю Юрию и Азамату.
— Да, это не страшно, — отвечает Азамат. — Я знаю, что мальчик, которому я помог, жив. Это самое главное.
— Конечно, согласился бы, — говорит Юрий. — Ты испытываешь очень яркие эмоции. Не знаю, как их назвать… самоблагодарность, что ли. Мне кажется, любой альтруизм — производное от эгоизма. Мы делаем что-то хорошее отчасти потому, что хотим сами себя похвалить. Это ведь не так часто происходит, люди чаще себя ругают. А ещё любые наши эмоции, даже самые яркие, подвержены инфляции. И хочется снова их ощутить. Почувствовать, что ты живешь не зря…